МЕЧ и ТРОСТЬ
21 Июл, 2017 г. - 20:37HOME::REVIEWS::NEWS::LINKS::TOP  

РУБРИКИ
· Богословие
· Современная ИПЦ
· История РПЦЗ
· РПЦЗ(В)
· РосПЦ
· Развал РосПЦ(Д)
· Апостасия
· МП в картинках
· Распад РПЦЗ(МП)
· Развал РПЦЗ(В-В)
· Развал РПЦЗ(В-А)
· Развал РИПЦ
· Развал РПАЦ
· Распад РПЦЗ(А)
· Распад ИПЦ Греции
· Царский путь
· Белое Дело
· Дело о Белом Деле
· Врангелиана
· Казачество
· Дни нашей жизни
· Репрессирование МИТ
· Русская защита
· Литстраница
· МИТ-альбом
· Мемуарное

~Меню~
· Главная страница
· Администратор
· Выход
· Библиотека
· Состав РПЦЗ(В)
· Обзоры
· Новости

МЕЧ и ТРОСТЬ 2002-2005:
· АРХИВ СТАРОГО МИТ 2002-2005 годов
· ГАЛЕРЕЯ
· RSS

~Апологетика~

~Словари~
· ИСТОРИЯ Отечества
· СЛОВАРЬ биографий
· БИБЛЕЙСКИЙ словарь
· РУССКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

~Библиотечка~
· КЛЮЧЕВСКИЙ: Русская история
· КАРАМЗИН: История Гос. Рос-го
· КОСТОМАРОВ: Св.Владимир - Романовы
· ПЛАТОНОВ: Русская история
· ТАТИЩЕВ: История Российская
· Митр.МАКАРИЙ: История Рус. Церкви
· СОЛОВЬЕВ: История России
· ВЕРНАДСКИЙ: Древняя Русь
· Журнал ДВУГЛАВЫЙ ОРЕЛЪ 1921 год

~Сервисы~
· Поиск по сайту
· Статистика
· Навигация

  
Ф.Мамонов «Почему режим никогда не поменяет Жукова на Краснова». Из статьи «Ледяной поход 1918 – 2015» в блоге Русского Центра. О невозможности эволюции советской власти
Послано: Admin 26 Окт, 2015 г. - 11:37
Русская защита 
В ходе развернувших дебатов об исторической политике, прозвучал следующий вопрос (в устах моих оппонентов не вопрос, а утверждение): может ли режим радикальным образом поменять собственную историческую парадигму (советскую, национал-большевистскую) на условно «белогвардейско-власовскую»? Иными словами, может ли произойти так, что однажды в РФ вместо Сталина и Жукова будут «котироваться» Краснов и Власов?

По мнению противников исторической политики, такая «смена историософских одежд» не только с лёгкостью может произойти, но и уже произошла – в пример приводятся негативные высказывания лидеров РФ об Октябрьском перевороте и попытка каких-то «казаков» реабилитировать Краснова. Следовательно, раз режим может с такой лёгкостью жонглировать историческими концепциями, то и необходимость выстраивать национал-революционный «национальный роман» отпадает – всё равно Путин его «прихватизирует», запросто переварив всё то, что нам казалось радикально-антисистемным. Из этого следуют два главных вывода:

1) у режима нет чёткой исторической платформы, даже советской, поэтому «борьба с большевизмом» не несёт антирежимной нагрузки и по существу абсолютно бесполезна;

2) русскому национализму не нужна историческая политика; в лучшем случае наши опыты с воскрешением духа Врангеля и Каминского это баловство, в худшем – опасное зацикливание на прошлом.

Попробуем анатомировать и разбить эти аргументы.

Прежде всего, нельзя злоупотреблять тезисом о сконструированности национальной истории. Да, первую скрипку в написании «романа о нации» играют идеологи национализма, но они вынуждены творить в определённых рамках. Рамки обычно устанавливаются памятью народа, которую можно использовать по-разному. В СССР существовало два типа памяти: память жертв коммунистического террора (в его самых разнообразных проявлениях: от коллективизации до выдачи власовцев) и память «народа-победителя».

Война 1941-1945 гг. предоставила большевизму идеальный повод для оправдания своей античеловеческой системы. Советский (русский) народ в нерушимом единении с советской властью перенёс все испытания и спас человечество. Спас, заметим, в союзе с демократическими странами Запада – в этом проявляется «внешнеполитическое» назначение Мифа Великой Победы: этот Миф предписывает Западу лояльней относиться к специфике СССР-РФ (ведь «мы вместе воевали против фашизма!») и уважать номенклатуру, которая в критический момент может сослужить Западу добрую службу. Но главный посыл победобесия заключается в оправдании террористической внутренней политики советского государства; выясняется, что «Великую Победу» 1945 года обеспечили во многом «перегибы», имевшие место в ходе «строительства социализма». Память жертв (не говоря о памяти антисоветских борцов) подавляется с помощью тщательно пестуемой памяти победителей; на фоне всенародной гордости за Победу претензии пострадавших от большевизма выглядят опасным отщепенчеством и даже прямым пособничеством врагу. «Мы выиграли войну не для того, чтобы вы оплакивали всякую кулацкую сволочь» – такова реакция на любые попытки потеснить память победителей памятью жертв.

Чекистская власть взяла за основу своей историософии «Великую Отечественную Войну», прекрасно понимая все выгоды от подобного выбора. Воспитание в населении безграничного чувства преданности и имидж спасителей мировой цивилизации (в критический момент её бытия!) – такое сочетание внутренне- и внешнеполитических «бонусов» может дать только победобесие. Поэтому оно и стало безальтернативной гражданской религией РФ. Наивно полагать, что в арсенале режима есть какие-то другие, несоветские варианты гражданской религии. Как ни странно, запасным вариантом могла бы стать «Великая Российская Революция» (именно так называется теперь период с февраля по октябрь 1917 г. в учебниках истории), возвестившая миру вечные гуманистические ценности по аналогии с «Великой Французской Революцией».

Ранний большевизм, вроде бы уже списанный в архив, имеет все шансы возродиться в новом, «гуманистически-патриотическом» обличии. Известный своим «охранительством» министр культуры Мединский недавно выступил с тезисами к 100-летию революции, которые в целом благожелательны к большевикам (осуждён лишь их «революционный террор», но его трудно не осудить) и при всём «примирительном» тоне укалывают белых за куда более постыдную в свете сегодняшних ценностей РФ (даже постыднее террора, который «укрепляет государство») «ставку на помощь зарубежных «союзников» во внутриполитической борьбе».

(Отрывок из тезисов Мединского: «Произошедшая в 1917 году Великая российская революция навсегда останется одним из важнейших событий ХХ века. При всем расхождении взглядов на события почти столетней давности невозможно отрицать тот факт, что попытка построения на земле нового справедливого общества решающим образом изменила пути исторического развития России и оказала громадное влияние на прогресс народов всей планеты. Революционная трансформация России положила начало новому глобальному мировому проекту»).

Но не будем загадывать, окончательная стратегия власти касаемо 1917 года прояснится ближе к юбилею. Впрочем, уже понятно, что «в лучшем случае» это будет «примирительная» отсебятина, предельно чуждая идеологии Белого движения. Непримиримость в духе Туркула или Ларионова рассматривается режимными историками в качестве опасной и деструктивной «крамолы», которая «раскалывает общество». Если даже безобидных белосовков грубо «осекли» с проектом переименования «Войковской», то как собираются противодействовать «непримиренцам»?

Миф «Великой Победы» неразрывно связан со сталинским мифом. Безусловно, ресталинизация российского общество будет продолжаться и нет ни малейших оснований предрекать её близкий конец. Скорее речь идёт о возврате РФ к «сталинскому стандарту» советской истории. Как это понимать? Определённо, сталинский период заслуживает звания «золотого века» советской истории (термин «золотой век» лишь в малой степени связан с зажиточностью и благополучием, определяющими являются совсем иные вещи). При сталинизме произошла радикальная трансформация жизненного уклада на просторах бывшей РИ. Был ликвидирован кладезь антисоветских настроений – русское крестьянство, добиты «старорежимные» специалисты и выращена красная интеллигенция. При Сталине советская власть была легитимирована в глазах народа победой в тотальной войне. Таким образом, ни экспериментальный ленинский этап с его «революционным правосознанием», ни хрущёвский ревизионизм (с его продолжением в «Перестройке») нельзя считать «нормативным» большевизмом. «Нормативный», полнотелый, зрелый большевизм появился при Сталине.

Любопытно, что кроме сталинщины режим любит ностальгировать по эпохе «застоя». Но ведь «застой» в исторических штудиях называют «откатом к сталинизму», а политику Брежнева прямо именуют «ресталинизацией» (с фигуры «отца народов» сняли все обвинения времён «оттепели», экономика вернулась на военные рельсы, было организовано ветеранское движение и т.д.). То есть симпатия к «мягкому» брежневизму является скрытой формой симпатии к «жёсткому» сталинизму.

Разумеется, путинский режим не занимается открытым прославлением Сталина. Он действует хитрее. Не прославляет, а «нормализует» сталинщину. Признавая и осуждая «перегибы», он одновременно говорит о «заслугах» (который стали возможны благодаря «перегибам»), т.е. стирает грань между добром и злом в оценке сталинского большевизма. При этом власть как бы посылает недвусмысленный сигнал фанатикам советчины: мы с вами, но открыто высказаться в поддержку Иосифа Виссарионовича не можем. Ресталинизация стимулируется сверху, но идёт снизу. Также надо помнить, что даже самые жёсткие антисталинские цитаты Медведева сопровождались неизменными оговорками о незыблемости «Великой Победы».

Режиму незачем менять «историософские одежды» (тем более заимствовать радикальные концепты своих идеологических врагов) хотя бы потому, что не было в истории СССР-РФ прецедента по смене оных. Победа в «ВОВ», ставшая Логосом большевизма сразу после 1945-го, никогда не ставилась под сомнения. В годы хрущёвской «оттепели» её потеснила технократическая этика и вернувшийся на авансцену красный гуманизм; серьёзно пострадал культ Сталина (но только в рамках «исправления перегибов» на XX съезде), однако миф о «спасении человечества» и «единении власти с народом» остался в неприкосновенности, пережив настоящий расцвет в эпоху «застоя». При Горбачёве, а затем при Ельцине (наиболее кризисный период для советской идентичности) идеологемы о «ВОВ» опять несколько побледнели, но даже в самые «антисоветские» ельцинские годы никто не ставил под сомнение «подвиг советского народа». Более того, в 90-е Сталин получил «замену» в виде «народного полководца» Георгия Жукова, памятник которому был поставлен на Манежной площади. Это не при Путина, это при Ельцине. А при Путине впервые после Брежнева (после Андропова, если быть точнее) большевизм вошёл в привычную колею, не отягощённую фальшивым прогрессизмом и общечеловеческими абстракциями.

У кого-то возникнет вопрос: а зачем власти понадобились все эти «логосы», «мифы» и «Великие Победы»? Разве власть в РФ осуществляется не бугаями-костоломами? На кой им сдались эти тонкие материи? Ответим так: Берлин в 1945-ом тоже брали бугаи в ватниках. Но вряд ли кто осмелится утверждать, что победа большевиков стала бы возможной без таких «тонких материй» как реабилитация русской истории и русских героев. Без обращения к «духу прошлого» РККА перестала бы существовать уже к осени 41-го.

Кулачное право в политике наших врагов всегда сочеталось с продуманной идеологической (в т.ч. исторической) обработкой масс. И чем выше положение номенклатурщика, чем «сочнее» его биография (и родословная), тем лучше понимание таких вещей. Можете не сомневаться, что «серый кардинал» Эрэфии Сурков руководствуется в своей деятельности серьёзной теоретической базой. Хотя историческая политика в РФ давно уже шагнула за границы голой теории, став неотъемлемым, фундаментальным элементом чекистского господства. Так не время ли заложить под это господство фугас в виде русской Непримиримости?

http://vk.com/id11386904?w=wall-68409480_18586


Из статьи «Ледяной поход 1918 – 2015» в блоге Русского Центра с этой фотографией

Мы сделали выбор, и ушли в наш поистине Ледяной поход. Действительно, разве не лютую советскую зиму мы наблюдаем вместо лелеемой кремлёвскими холуями «русской весны»? Чекистские эмиссары (и комиссары!), кадыровские абреки, вездесущие красные тряпки, которыми сепаратисты прикрывают свой неприглядный, как тело обмочившегося бомжа, евразийский быт.

Рушатся последние декорации – прошёл слух, что товарищ Гиркин, этот удравший из-под Славянска кумир старых дев, сбрил «белогвардейские» усики. Пока в Киеве велись работы по созданию Русского Центра, с Луганщины «эвакуировалось», а точнее сбежало бандформирование одного путинского мальчиша-кибальчиша под названием «Русич». Может ему следовало назвать себя не «Русич», а «Ильич», ведь в прямые обязанности этого позорного подразделения входила и охрана памятников Ленину.

Последние ошмётки сварганенного Лубянкой на скорую руку «охранительного национализма» удаляются с необольшевистского Донбасса, опасаясь пасть жертвами борьбы местных князьков за власть. Страшная участь, небывалый позор…

Союзные же Украине русские национальные силы, напротив, держат голову высоко, а спину прямо, и сейчас проходят стадию перегруппировки. Русский Центр поднимает знамя с белогвардейским знаком Спайки и уже никогда не опустит его, ибо «Der Mann kann fallen, die Fahne nie!» («Человек может пасть, знамя никогда!»). Ледяной поход продолжается.

http://vk.com/russ_centr?w=wall-101606333_332

Мы не верим в эволюцию советской власти, ибо все, что оттуда произойдет, – произойдет из принципиально зараженного источника. И те люди, которые родятся для политической жизни из "советской эволюции", будут неизбежно носить на челе своем каиново пятно марксизма, хотя бы и прикрытое эволюцией, национализацией и великодержавностью. Нам нужна великодержавность духовной свободы, а не великодержавность универсального рабства.

И.Солоневич


http://vk.com/russkiyrassvet?w=wall-45676490_8063


 

Связные ссылки
· Ещё о Русская защита
· Новости Admin




На фотозаставке сайта вверху последняя резиденция митрополита Виталия (1910 – 2006) Спасо-Преображенский скит — мужской скит и духовно-административный центр РПЦЗ, расположенный в трёх милях от деревни Мансонвилль, провинция Квебек, Канада, близ границы с США.

ПОЧТА РЕДАКЦИИ от июля 2017 года: me4itrost@gmail.com Старые адреса взломаны, не действуют.