МЕЧ и ТРОСТЬ
25 Ноя, 2017 г. - 10:46HOME::REVIEWS::NEWS::LINKS::TOP  

РУБРИКИ
· Богословие
· Современная ИПЦ
· История РПЦЗ
· РПЦЗ(В)
· РосПЦ
· Развал РосПЦ(Д)
· Апостасия
· МП в картинках
· Распад РПЦЗ(МП)
· Развал РПЦЗ(В-В)
· Развал РПЦЗ(В-А)
· Развал РИПЦ
· Развал РПАЦ
· Распад РПЦЗ(А)
· Распад ИПЦ Греции
· Царский путь
· Белое Дело
· Дело о Белом Деле
· Врангелиана
· Казачество
· Дни нашей жизни
· Репрессирование МИТ
· Русская защита
· Литстраница
· МИТ-альбом
· Мемуарное

~Меню~
· Главная страница
· Администратор
· Выход
· Библиотека
· Состав РПЦЗ(В)
· Обзоры
· Новости

МЕЧ и ТРОСТЬ 2002-2005:
· АРХИВ СТАРОГО МИТ 2002-2005 годов
· ГАЛЕРЕЯ
· RSS

~Апологетика~

~Словари~
· ИСТОРИЯ Отечества
· СЛОВАРЬ биографий
· БИБЛЕЙСКИЙ словарь
· РУССКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

~Библиотечка~
· КЛЮЧЕВСКИЙ: Русская история
· КАРАМЗИН: История Гос. Рос-го
· КОСТОМАРОВ: Св.Владимир - Романовы
· ПЛАТОНОВ: Русская история
· ТАТИЩЕВ: История Российская
· Митр.МАКАРИЙ: История Рус. Церкви
· СОЛОВЬЕВ: История России
· ВЕРНАДСКИЙ: Древняя Русь
· Журнал ДВУГЛАВЫЙ ОРЕЛЪ 1921 год

~Сервисы~
· Поиск по сайту
· Статистика
· Навигация

  
В.Черкасов-Георгиевский "ДУБРАВА": Писатель от курских "шлемоносцев" Е.И.Носов. Из книги "Путешествия. Рассказы о писателях России"
Послано: Admin 04 Дек, 2010 г. - 12:23
Литстраница 
ОБЩЕЕ ОГЛАВЛЕНИЕ РАССКАЗОВ КНИГИ



Евгений Иванович Носов был заядлым рыболовом


Невольно начинаю с конца.

Когда этот портрет писателя Евгения Носова был готов, я побывал в гостях у другого нашего известного прозаика. Писатель грустил, душевно измучившись над доводкой своей боль­шой вещи. Чтобы развеять его настроение, я стал подроб­но рассказывать о поездке к Евгению Ивановичу Носову. Писатель молчал и слушал задумчиво. Я было уже пожа­лел, что оказался у человека в неурочный час.

И вдруг он оживился, вспыхнул. Я говорил о случае из жизни Евгения Ивановича, тогда еще журналиста, свя­занном с творчеством В. В. Овечкина.

Писатель сказал взволнованно:
— Удивительно! Это самое важное, трепетное! В этом эпизоде весь будущий писатель...

Вскоре, студенеющим октябрем, я поехал сажать яб­лони на свою подмосковную дачу у станции Морозки. Взял с собой том избранного В. В. Овечкина.

За городом было пасмурно и ветрено. Но, срезая увя­дающий дерн для ям, я встречался с мягкой, словно бы теплой, веселой на ощупь землей.

После обеда включил электрокамин и взялся за книгу. С портрета на меня открыто смотрел спокойный человек с острыми глазами, с волосами, небрежно сброшен­ными на лоб. В непринужденном жесте, которым он дер­жал папиросу, во всем облике В. Овечкина улавливалось что-то схожее с фотоизображениями А. Твардовского и К. Воробьева.

Не гладко входил я в Овечкина. Начал с «Районных будней». Сразу безоглядно увлекся кипучей    деятельно­стью героев. Потом остановился: не многовато ли нюан­сов сельскохозяйственных отношений на величину стра­ниц? Писатель писал или журналист? А может быть, труд этот сродни нашумевшим  «производственным»  пьесам и фильмам А. Гельмана? Остро и четко спорят там персо­нажи об узловых, больных вопросах своей работы,    а на поверку — не люди это, не образы, а рупоры идей автора.

Стал вчитываться, пошел вглубь, до военных произве­дений добрался. Нет, зря беспокоился. Художник   водил пером. Да такой, кого современные  «деревенщики» дол­жны величать своим отцом «принародно», как любил выражаться Овечкин, бывший председатель сельхозкоммуны.

Долго жил и работал В. В. Овечкин в Курской обла­сти и воспел своей густой, неброской, ясной прозой    эту землю, где дуб — исконное дерево в лесах. Что ж, без под­делки созвучна овечкинскому письму и    манера    курян Константина Воробьева, Евгения Носова. Хотя не просто им было открывать себя, расти их дарованиям на здеш­нем бойком месте. Давно уж не охотятся за фольклором и диалектами в этом краю России, пограничном украин­ским степям. Да, видно, неизбывна поэтическая душа Курщины,  освященная  подвигами ратников  князя Игоря. И, очевидно, не вдруг подарила рус­ской литературе плеяду блестящих    мастеров    соседняя Орловщина, откуда до Куликова поля тоже рукой подать...

Я читал, не отрываясь, до утра, до рассвета, до    по­следней страницы. Закрыл книгу. Вскипятил, выпил чаю. И пошел в поля за околицу наших садовых участков.

Рощи у деревень Батюшково и Благовещенское брез­жили на горизонте. Опустевшие, отдавшие свою победо­носную сочную плоть поля грустили под моросящим дож­диком. Я вспомнил знакомого писателя. И подумал, как эта его печаль светла...

Я вернулся на дачу и выписал озябшими пальцами из книги В. В. Овечкина два абзаца:

«Когда знающий колхозы писатель, проживший не­сколько лет в деревне, в гуще жизни, причем далеко не в передовой области, утверждает, что в наши дни в кол­хозах конфликтов уже нет, остались лишь конфликты хо­рошего с отличным,— что это, как не сделка с совестью?.. Удивительно, как он не чует   своим    профессиональным писательским нюхом, что он-то сам и есть персонаж для конфликтов сюжета — да еще какого! — из нашей жизни».
 
А потом я бережно перенес в текст очерка из закро­мов своей записной книжки рассказ Е. Носова об эпизо­де, который отметил знакомый писатель:

«Ярчайшее событие в истории нашей литературы — творчество Валентина Владимировича Овечкина. Очень много он дал нам, «деревенщикам», словно раздвинул це­линные дали. Я вспоминаю, как читали по радио главы его «Районных будней». Интерес был жгучий. Мы, обла­стные газетчики, слушали их зачарованно, как внимали первое время люди сообщениям о запуске космического корабля.

Однажды я возвращался из глубинной командировки. И надо же было случиться, что очередная овечкинская передача совпала с часом отхода моего, последнего в этот день поезда. Я начал слушать ее из репродуктора за не­сколько минут до отхода состава. Вот уже лязгнули буфе­ра, дал гудок машинист, а я, прижавшись к столбу гром­коговорителя, все ловил каждое слово текста Овечкина. Так и не уехал... Смолк голос диктора, я жадно закурил и побрел по безлюдной этой местности ночевать в поле. Не скоро заснул со своими думами в копне под звездами».

(Тут, тут, может быть, отряхнул грусть знакомый пи­сатель, воскликнув:
— Когда спрашивают, что такое писатель, каким он должен быть,— отвечают разное... А ответ — вот он! Пи­сатель совершает художественные поступки, потому что чувствует и живет художественно.)

«Многих ободрил тогда Валентин Владимирович сво­им примером — писать правду, и только правду,— продол­жал Носов.— Дорого это писателям школы «деревенщи­ков», «деревенская» проза болюча. В городе все благопо­лучнее».

+ + +
А теперь — с самого начала.

Июль на дворе. Носов в клетчатой рубахе, рукава за­вернуты по локоть. Пожилой он человек, а крепкая фи­гура не гнется. Поседела когда-то рыжая копна волос, но тугие пряди колосятся упорно. Зоркий взгляд из-под кустистых бровей.

Живет Евгений Иванович в просторной квартире с женой Валентиной Родионовной и семьей сына Жени, в которой самый младший — белоголовый внук третьеклассник Ромка. Но и у Романа есть подчиненный — старинный обитатель носовского дома щупленький, но грозный пес Жакан.

На стенах — картины. Вот работа самого хозяина, на­писанная гуашью. Это вид его родной деревни Толмачево, что в курском предместье. Строй беленных по-казацки изб аккуратно стоит над местной Сеймом-рекой. Только что дождь просыпал, уходит темная туча. Солнце чисто высветило небо, воду и нежно — влажную траву и землю. Умиротворенно после грозы. Вышла в мягкую теплынь девушка в пунцовой юбке, теленок спустился к успокоив­шемуся плесу.

Самая любимая Носовым из его собрания — копия кар­тины М. К. Клодта «Дубовая роща». В яркий жаркий день могучая дубрава раскинулась над излучиной неглубокой речушки, уходящей в поле, где стога, где окоемом — синева холмов. На берегу в сени исполинских стволов в прохладном сумраке — сторожка, и двое ребятишек при­легли на легкую траву у выступивших из земли корне­вищ.

Глядя на картину, Носов говорит:
— Не случайно много на свете портретистов, а пейза­жистов мало. Самый лучший и трудный портрет — лик Земли.

Евгений Иванович берет ошкуренную суковатую пал­ку, срезанную в лесу. По улочке Лысая Гора мимо быв­шей Стрелецкой слободы мы спускаемся в глухоманистую пойму притока Сейма речки Тускарь. Здесь, под шатрами деревьев до неба, и по сей день кое-где непро­лазно. Испокон века уремными лесами опоясан Курск, на гербе которого — летящие куропатки. За рощами суходо­лы. Потому и полюбили его дремучую околицу разные птицы, и прижилась тут аристократия российских пер­натых соловьи...

Лучшие произведения Е. Носова, пожалуй, могут уме­ститься в одном объемистом томе. Но редкий критик, пе­речисляя выдающиеся имена современной русской литературы, опустит эту фамилию. Как это произошло? В чем секрет успеха? А складывалось так. Первый опубликованный рассказ Евгения Носова назывался «Радуга». Об извест­ном атмосферном явлении как о «расцвеченной пестрыми лентами арке», за которой очарованно гонится на лошадке-пегашке мальчик Евсейка, чтобы вкатить «в огромные радужные ворота», весело и томительно было написано им в 27 лет. Название носовского рассказа стало одноимен­ным для всего областного альманаха (изданного в Курске в 1957 году), куда он вошел. Так получилось не случай­но. Этот сборник стихов и рассказов предназначался де­тям.

Совпадение точно и потому, что название первого про­изведения как бы озаглавило идейное содержание даль­нейшей прозы писателя. И потом на многие годы много­цветьем одарила словесная живопись Евгения Носова са­мого широкого читателя, привлекла своей простотой и безыскуственностью.

Яркой заявкой на будущее явился для молодого пи­сателя вышедший в 1958 году сборник рассказов «На ры­бачьей тропе». В небольших произведениях автор сумел трепетно высветить душу родной земли. А еще через год новую книгу Е. Носова «Рассказы», тоже опубликованную в Курске, заметила и высоко оценила критика.

Сегодня на счету Е. И. Носова десятки книг, изданных на самых разных языках у нас в стране и за рубежом. Герои писателя — инженеры, солдаты, музыканты, крестьяне,— и роднят их традиционные черты русского народного характера: вера в добро, трудолюбие, сметка. Художественная ткань носовских книг неподдельна, потому что образы глубоко жизненны. Они превосходно запечатлены в его работах «И уплывают пароходы», «За долами, за лесами», «Пя­тый день осенней выставки», «Храм Афродиты», «Шопен, соната № 2», остросоциальной повести «Не имей сто руб­лей». Произведения адресованы самым широким слоям читателей; в исполнении мастеров художественного чте­ния они знакомы радиослушателям и телезрителям. По мотивам рассказов писателя на киностудии имени М. Горь­кого снята лента «Цыганское счастье».

Прекрасным свидетельством творческого расцвета ху­дожника стала его последняя повесть «Усвятские шлемоносцы». Автор задушевно рассказал, как артельно и несу­етливо собираются на войну муж­чины полевой русской деревеньки. Выпуклый зрительный ряд, символический настрой вещи привлекли деятелей те­атра и кино, телевидения. Сценический вариант «Усвятских шлемоносцев» идет в театрах Москвы, Курска, Куй­бышева, Владимира, Перми и других городов страны. Повесть экранизирована на «Мосфильме» в художественном фильме под названием «Родник», воплощена в телеспек­такле.

И тем не менее вначале Носов долго не решался по­святить себя литературе полностью. Лишь в 36 лет он, бывший журналист, отдал свое основное время работе над прозой. Тогда у него наиболее широко известен был рас­сказ «Шуба», который Носов, учась на Высших литера­турных курсах в Москве, сочинил в литинститутском об­щежитии в своей комнате, где часто засиживался (студент в те годы) Василий Белов, а по соседству жил Виктор Астафьев... Здесь кажется уместным вспомнить замечание М. Пришвина: «Талантливые люди делятся на скоро ра­стущих и медленно растущих».

(Продолжение на следующих стр.)

 

Связные ссылки
· Ещё о Литстраница
· Новости Admin




<< 1 2 3 >>
На фотозаставке сайта вверху последняя резиденция митрополита Виталия (1910 – 2006) Спасо-Преображенский скит — мужской скит и духовно-административный центр РПЦЗ, расположенный в трёх милях от деревни Мансонвилль, провинция Квебек, Канада, близ границы с США.

Название сайта «Меч и Трость» благословлено последним первоиерархом РПЦЗ митрополитом Виталием>>> см. через эту ссылку.

ПОЧТА РЕДАКЦИИ от июля 2017 года: me4itrost@gmail.com Старые адреса взломаны, не действуют.